Барачная история, или О том, как одна бабушка всех генералов победила (окончание)

Автор: Александр ГОРБАЧ, юрист вкл. .

О том, что добиться в суде правды бывает нелегко, знают, пожалуй, все. Но те, кому удавалось это сделать, знают и другое: нередко еще сложнее добиться исполнения решения суда.

См. начало

Из барака в барак?

Получилось так, что ответчики по делу, которые после вступления решения суда от 29.12.2003 в законную силу автоматически превратились в должников, находились в разных населенных пунктах: Государственное учреждение «Домоуправление № 1 Квартирно-эксплуатационной части» (далее — домоуправление № 1) — в райцентре Б., Министерство обороны — в Минске. А поскольку домоуправление № 1 фактически принадлежало Минобороны, то последнее и стало основным должником героини нашей истории. Ввиду таких обстоятельств арена гражданских действий в отношении военного ведомства на некоторое время переместилась в столицу.

Суд Центрального района г. Минска письмом от 10.03.2004 известил Минобороны о поступивших для исполнения двух исполнительных листах: о взыскании с домоуправления № 1 и Министерства в пользу гражданки А. судебных расходов в сумме 167 750 рублей, а также об изменении договора найма жилого помещения путем предоставления другого жилья типовых потребительских качеств. Должнику согласно ст. 467, 522 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь (далее — ГПК) было предложено добровольно в 7-дневный срок исполнить решение суда и представить судебному исполнителю документы, подтверждающие исполнение.

Письмо аналогичного содержания от 16.03.2004 суд районного центра Б. направил второму должнику — домоуправлению № 1. Последнему предлагалось исполнить решение суда в части заключения нового договора найма жилого помещения в срок до 15 апреля 2004 г.

А уже 16 апреля 2004 г. пенсионерка обращалась с заявлением в оба суда по вопросу неисполнения решения в части предоставления ей другого жилья. В заявлении она просила:

— ответить, на каком основании решение суда остается неисполненным;

— применить принудительные меры по исполнению решения;

— в соответствии со ст. 527 ГПК привлечь к ответственности должностных лиц, виновных в неисполнении решения.

В ответе суда райцентра Б. указывалось, что исполнение решения задерживается по той причине, что на балансе домоуправления № 1 не имеется жилых помещений типовых потребительских качеств, которые могли бы быть предоставлены. Для исполнения решения суда исполнительный лист направлен по месту нахождения Минобороны. Однако в связи с тем, что прокурор области 29.03.2004 истребовал данное дело для проверки в порядке надзора, исполнение по делу было приостановлено. Своим письмом от 22.04.2004 прокурор отменил приостановление исполнения решения. Поэтому с вопросом дальнейшего исполнения по данному делу необходимо обращаться в суд Центрального района г. Минска, в компетенцию которого входит также вопрос о привлечении к ответственности должностных лиц Минобороны за неисполнение решения суда.

Тем временем один из должников — домоуправление № 1 — изобрело довольно оригинальный способ решения проблемы. В соседнем доме, по сути таком же бараке, по ул. Федько, 7 освобождается двухкомнатная квартира. Гражданке А. предлагается даже не переехать, а фактически перенести свои вещи из одного барака в другой. Аргумент железный: барак по ул. Федько, 7 более благоустроен, нежели барак по ул. Комарова, 10. А то, что все 14 находящихся в ведении Минобороны бараков давным-давно признаны аварийными и ни о каких типовых потребительских качествах в данном случае даже речи быть не может, в расчет не принимается.

От такого «заманчивого» предложения пенсионерка отказалась и направила жалобу на неисполнение решения суда в Министерство юстиции Беларуси. В ответе Минюста кроме уже известных нам фактов сообщалось, что 27.04.2004 судебный исполнитель повторно направил должнику предложение о необходимости исполнить решение суда. Однако 03.05.2004 Минобороны подало надзорную жалобу Генеральному прокурору Республики Беларусь, заместителем которого исполнение решения суда приостановлено до 11.06.2004. А в настоящее время исполнить решение суда не представляется возможным опять же ввиду отсутствия в жилом фонде Минобороны в данном населенном пункте свободных жилых помещений. В письме сообщалось также, что 18.06.2004 судебным исполнителем получены письменные объяснения представителя Минобороны о причинах неисполнения решения суда, а 29.06.2004 судье направлено представление о привлечении названного ведомства к ответственности в соответствии с ч. 2 ст. 537 ГПК. Рассмотрение назначено на 22.07.2004.

Вскоре суд Центрального района г. Минска сообщил гражданке А. о том, что 22.07.2004 вышеуказанное представление было рассмотрено и согласно определению суда должник, то есть Минобороны, подвергнут штрафу в размере 100 базовых величин, что составляло на то время 1 900 000 рублей. На такой поворот событий пенсионерка заявила об отсутствии у нее какого-либо экономического интереса «в перекачке государственных денег с одного счета на другой» и направила очередную жалобу в Минюст.

 

Хата с краю

В ответе от 27.08.2004 Минюст сообщил, что 23.08.2004 в суд от начальника главного управления строительства и эксплуатации Вооруженных Сил Республики Беларусь (далее — ГУСЭ ВС) поступило ходатайство об отложении исполнительных действий. Ходатайство мотивировано тем, что в связи с отсутствием свободного ведомственного жилфонда по месту жительства гражданки А. Минобороны приняло решение предоставить пенсионерке другое жилое помещение путем покупки квартиры на вторичном рынке жилья за счет внебюджетных средств, полученных от реализации объектов недвижимости. Начальнику управления военного бюджета и финансирования поручено оплатить покупку жилья исходя из стоимости до 40 млн рублей за счет внебюджетных средств Минобороны.

Во время рассмотрения данного ходатайства 02.09.2004 выяснилось, что «объектом недвижимости», который пришлось пустить с молотка, явилась оказавшаяся вдруг ненужной взлетно-посадочная полоса. Вскоре в районной газете города Б. появилось объявление ГУСЭ ВС, в котором содержалось приглашение к участию в тендере на покупку 2-комнатной квартиры ориентировочной площадью 41 кв. м. Основной критерий оценки тендерных предложений — наиболее низкая цена.

Письмом от 24.09.2004 домоуправление № 1 сообщило гражданке А., что в настоящее время имеется возможность предоставить ей для отселения из ветхого дома свободную 1-комнатную благоустроенную квартиру общей площадью 36,98 кв. м. Предложенная квартира находилась в соседнем здании — на этот раз действительно доме, а не бараке. Однако поразмыслив, пенсионерка пришла к следующему выводу: раз уж из-за нее пострадала обороноспособность страны, лишившись взлетно-посадочной полосы, чего уж ей соглашаться на 1-комнатную квартиру? Тендер так тендер!

Тем временем объявленный тендер не приносил желаемых результатов, несмотря на то, что запланированных 40 млн рублей было достаточно для покупки в данном населенном пункте 2-комнатной квартиры типовых потребительских качеств, а местные газеты пестрели объявлениями о продаже «двушек». Пенсионерка сама принимается за дело и находит по объявлению в газете вполне устраивающую ее квартиру в центре города: дом кирпичный, постройки 1996 г., 5-й этаж, лифт в наличии, имеется лоджия, общая площадь 50,09 кв. м, жилая — 29,11 кв. м. Словом, не бог знает что, но квартира как квартира. Хозяин соглашается поучаствовать в тендере и с бабушкиной подачи направляет в ГУСЭ ВС свое предложение с описанием всех технических характеристик жилья и указанием стоимости — 38,5 млн рублей.

Покупателя это предложение не устраивает. Главный аргумент «против» состоял в следующем: согласно решению суда от 29.12.2003 новый договор найма жилого помещения должен быть заключен на условиях ранее заключенного договора найма, а поскольку площадь предложенной квартиры значительно превышает площадь квартиры в бараке, решение суда будет исполнено неправильно. То есть кто-то посчитал, что эта квартира для пенсионерки слишком хороша. При этом, предлагая ей месяцем ранее 1-комнатную квартиру меньшей площади, о «неправильности» исполнения решения суда никто не задумывался.

Вскоре должник находит и покупает «подходящую» для пенсионерки квартиру в доме постройки 1970-х, на окраине города, в двадцати минутах ходьбы от автобусной остановки. Чем именно эта квартира со старой сантехникой, текущими кранами и неисправной электроплитой, расположенная на 1-м этаже панельного дома, приглянулась должнику, похоже, навсегда останется тайной, равно как и то, в какую цену она ему обошлась.

Но если вы подумали, что на этом конец истории, то опять сильно ошиблись.

 

Бабушка рядышком с дедушкой?

Должник в своем письме от 23.11.2004 предложил гражданам, проживающим в квартире 7 дома 10 по ул. Комарова, предоставить необходимые документы, в том числе оригиналы паспортов, для отселения в приобретенную Минобороны квартиру. Но коса в очередной раз нашла на камень. И не на один.

Из письма должника следовало, что в новую квартиру предлагается переселиться не только гражданке А. с сыном, но и ее бывшему мужу, гражданину Ф. Последний, как упоминалось выше, выступая в качестве третьего лица на стороне истицы, исковые требования своей бывшей жены в судебном заседании поддержал, однако заявил о незаинтересованности в предоставлении ему лично другого жилья. Эта незаинтересованность была настолько ярко выраженной, что суду пришлось подвергнуть бывшего супруга истицы штрафу за неуважение к правосудию и принудительному приводу на судебное заседание. Поэтому предложение переехать в новое жилье и ему удивило всех обитателей «нехорошей» квартиры, а более всего, самого Ф. На таких условиях все трое отказались предоставлять документы для отселения, о чем домоуправлением № 1 был составлен акт.

Гражданин Ф. 16.12.2004 направил в суд Центрального района г. Минска заявление, в котором указал, что с гражданкой А. они разведены с 15.03.1983, членами одной семьи не являются, жили все это время в одной квартире вынужденно, хозяйство вели раздельно. Вынесенное судом решение от 29.12.2003 касается непосредственно гражданки А. и ее сына как члена ее семьи. Отселение в новую квартиру и дальнейшее совместное проживание в одной квартире с гражданкой А. он считает невозможным и противоречащим ст. 57 Жилищного кодекса Республики Беларусь (далее — ЖК), так как согласно решению суда от 29.12.2003 должник обязан заключить договор найма жилого помещения именно с гражданкой А.

Однако, по мнению должников, новый договор найма должен был заключаться с гражданином Ф., поскольку именно с ним был заключен договор найма жилого помещения в квартире 7 дома 10 по ул. Комарова, а лицевой счет после развода разделен не был. «Не был, так разделим», — решили жильцы квартиры 7 и обратились 04.01.2005 с соответствующим совместным заявлением на имя начальника эксплуатационного управления (далее — ЭУ). Заявление содержало также просьбу разделить вместе с лицевым счетом жилую площадь. Но в ответе заявителям сообщалось, что данный вопрос не входит в компетенцию ЭУ, и предлагалось обратиться для решения вопроса по существу в суд.

Вместо заявления о разделении лицевого счета в суд поступила жалоба гражданки А. на неправомерные действия должностного лица, ущемляющие права граждан (после того, как были получены отказы из вышестоящих инстанций). В жалобе пенсионерка указывала, что отказ начальника ЭУ в разделе лицевых счетов считает неправомерным по следующим причинам.

В соответствии со ст. 31 ЖК изменение условий договора найма жилого помещения возможно по соглашению сторон в письменной форме. В силу ст. 61 ЖК совершеннолетний член семьи нанимателя вправе требовать заключения с ним отдельного договора найма. Для изменения договора найма жилого помещения в соответствии с указанными нормами необходимо письменное согласие остальных несовершеннолетних членов семьи. Такое согласие было выражено ими в заявлении на имя начальника ЭУ. Судебное вмешательство в данный вопрос потребовалось бы только в том случае, если не было бы достигнуто согласие между проживающими в квартире. На основании изложенного и руководствуясь ст. 335, 353–355 ГПК, ст. 61 ЖК гражданка А. просила:

— отказ начальника ЭУ в разделе лицевого счета признать неправомерным;

— обязать начальника ЭУ удовлетворить совместную просьбу жильцов квартиры 7 о разделе лицевого счета (изменении договора найма жилого помещения).

Определением суда от 02.05.2005 жалоба гражданки А. была оставлена без рассмотрения. Основание: суд пришел к выводу, что между проживающими в квартире имеется спор о праве на жилое помещение. Судебная коллегия по гражданским делам областного суда 02.06.2005 отменила указанное определение, поскольку вывод суда первой инстанции не основан на материалах дела и не соответствует действительности. Дело направлено на новое рассмотрение.

При повторном рассмотрении жалобы представитель ЭУ заявил, что не признает требования гражданки А., поскольку последней, оказывается, не был соблюден досудебный порядок обжалования действий должностного лица. По утверждению представителя ЭУ, для разделения лицевого счета необходимо решение Минобороны.

Суд, выслушав стороны и исследовав письменные доказательства, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 165, ст. 123, 319, 320 ГПК, пришел к выводу, что жалобу гражданки А. следует оставить без рассмотрения. При этом бабушку все же пожалели и возвратили ей уплаченную госпошлину.

Одновременно пенсионерке приходилось вести борьбу еще по нескольким фронтам. Во-первых, необходимо было заставить должников привести в нормальное санитарно-техническое состояние приобретенную Минобороны квартиру. Было очевидно, что другую ей никто покупать не станет. Во-вторых, жильцы квартиры 7 вдруг узнали, что суд, вынесший решение от 29.12.2003 об удовлетворении исковых требований пенсионерки, по ходатайству судебного исполнителя вынес определение от 01.04.2005 о разъяснении этого решения. В нем разъяснялось, что новое жилое помещение должно быть предоставлено всем проживающим в аварийной квартире.

На определение суда подал частную жалобу бывший муж главной героини, гражданин Ф. В жалобе, в частности, указывалось, что при вынесении определения суд допустил нарушение ряда норм процессуального и материального права. Так, никто из заинтересованных лиц не был извещен о времени и дате судебного заседания, что является прямым нарушением ст. 330 ГПК. Согласно п. 2 ст. 404 ГПК решение (определение) в любом случае подлежит отмене, если дело рассмотрено в отсутствие кого-либо из юридически заинтересованных в исходе дела лиц, не извещенных о времени и месте судебного заседания. Кроме того, определение выносилось по ходатайству судебного исполнителя. Но в соответствии со ст. 327 ГПК суд, вынесший решение, вправе разъяснить это решение только по своей инициативе либо по заявлению юридически заинтересованных в исходе дела лиц. Той же ст. 327 ГПК установлено, что суд имеет право разъяснить решение, не изменяя его содержания. В данном же случае содержание решения суда от 29.12.2003 было изменено.

На основании изложенного и в соответствии со ст. 331, п. 2 ст. 401, ст. 433, п. 3 ст. 435 ГПК гражданин Ф. просил определение от 01.04.2005 о разъяснении решения суда от 29.12.2003 признать незаконным и отменить.

Определением судебной коллегии по гражданским делам от 22.12.2005 жалоба была удовлетворена по одному основанию — нарушение ст. 330 ГПК.

Суд с соблюдением всех процессуальных норм 11.01.2006 выносит новое определение о разъяснении решения суда от 29.12.2003, по содержанию аналогичное первому. На этот раз в судебную коллегию по гражданским делам областного суда поступило две частные жалобы: от гражданки А. и ее бывшего мужа Ф.

Определением от 09.02.2006 обе жалобы были оставлены без удовлетворения. Коллегия указала следующее: поскольку новая квартира предоставляется не в связи с улучшением жилищных условий, а ввиду пребывания нынешнего жилья в аварийном состоянии, а предоставление жилого помещения осуществляется на условиях ранее заключенного договора найма, то суд пришел к правильному выводу о том, что в данном случае право на вселение в новую квартиру имеют все жильцы старой, при этом их права не будут ущемлены. На том, что право не есть обязанность, никто заострять внимание не стал.

Определением суда от 25.05.2006 по заявлению гражданки А. исполнительное производство по делу было возобновлено. К тому времени приобретенная Минобороны квартира была приведена в надлежащее санитарно-техническое состояние. Многолетняя борьба не на шутку подорвала здоровье пенсионерки, возраст которой, к слову, уже приближался к 80 годам. Ее многочисленные заявления и письма ходили по кругу, не давая никакого результата, равно как и хождения по различным инстанциям. А главное — приближался к окончанию трехгодичный срок исполнения решения суда от 29.12.2003. И настойчивой пенсионерке ничего не оставалось, как поставить в этой истории точку — уговорить своего бывшего мужа подчиниться такому толкованию судебного решения и переселиться вместе с ней в предоставленную квартиру.

Эта жилищная история могла бы быть значительно короче, если бы в том же бараке не проживало еще 5 семей, а в 13 рядом стоящих — еще около 180 семей. Можно предположить, что именно создания прецедента боялись ответчики. И как бы там ни было, скорее всего, именно благодаря этому прецеденту количество бараков к сегодняшнему дню значительно сократилось, а на их месте появляются все новые и новые многоэтажки.

 

Онлайн консультация врача Хотите задать вопрос врачу?