Судебная практика по делам о ДТП

Автор: Леонид ДРОЗДОВ, юрист.

Сегодня нашу жизнь невозможно представить без автомобиля, хотя не для всех еще он превратился в заурядное средство передвижения, по-прежнему оставаясь «роскошью». Но очень часто авто становится и причиной различных неприятностей. Ведь даже водитель экстра-класса, никогда не нарушающий Правил дорожного движения, не огражден от неприятных сюрпризов, которые в любой момент могут преподнести другой автомобилист или пешеход.

Случается, что дело о ДТП, попадающее на рассмотрение в суд, на первый взгляд кажется заведомо проигрышным для одной из сторон. Однако внимательное изучение документов позволяет все-таки отстоять интересы гражданина или организации. Начиная с этого номера, мы рассмотрим несколько подобных примеров, надеясь, что они помогут вам выбрать правильную линию поведения, если вы окажетесь в аналогичных ситуациях.

Что такое «оставление места ДТП»

Страховая компания предъявила иск в хозяйственный суд о возмещении убытков, причиненных дорожно-транспортным происшествием (далее — ДТП), в сумме 3 200 000 руб. В ходе предварительного судебного разбирательства выяснилось, что вся аргументация страховой компании основывается на данных справки ГАИ.

Обстоятельства дела были следующими. Работник ответчика, водитель автомобиля «КрАЗ», предназначенного для перевозки дорожно-строительной техники, выезжая на главную дорогу Минск — Нарочь со второстепенной, не пропустил автомобиль «Фиат», в результате чего произошло столкновение двух машин. Водитель признал свою вину, в установленном порядке был привлечен к административной ответственности и лишен права управления транспортными средствами категории «Е» сроком на 24 месяца.

Ответчик не пытался оспорить данное решение уполномоченного органа ГАИ в части привлечения водителя автомобиля к административной ответственности. Но поскольку оно затрагивало имущественные интересы организации, ответчик вынужден был заявить свое несогласие с припиской, сделанной одним из сотрудников ГАИ: на лицевой стороне справки имелась запись почерком более мелким, чем основной текст: «В нарушение Правил дорожного движения (далее – ПДД) водитель отъехал от места ДТП».

С точки зрения представителя страховой компании, данная ситуация подпадала под действие п. 65 Положения о порядке и условиях проведения обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Указом Президента Республики Беларусь от 19.02.1999 № 100[1] (далее — Положение). В этом пункте перечислены ситуации, в которых страховая компания имеет право требовать с владельца транспортного средства возмещения страховых выплат в размере сумм, уплаченных потерпевшему. Вот исчерпывающий перечень таких случаев:

— умышленные действия, исключая действия, совершенные в состоянии крайней необходимости или необходимой обороны;

— управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения либо в состоянии, вызванном потреблением наркотических средств, психотропных, токсических или других одурманивающих веществ, либо передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в подобном состоянии, а также в случае отказа от медицинского освидетельствования после ДТП;

— отсутствие у лица, причинившего вред, предусмотренных законодательством оснований на право управления транспортным средством;

— невыполнение лицом, причинившим вред, требований ПДД, указанных в п. 48 Положения;

— совершение преступных действий с использованием транспортного средства;

— причинение вреда лицом, изъявшим транспортное средство из обладания владельца в результате противоправных действий;

— использование транспортного средства в дорожном движении без заключения договора страхования;

— наличие установленной судом вины организации, отвечающей за надлежащее содержание и эксплуатацию дороги.

Во всех остальных случаях, кроме перечисленных выше, страховое возмещение выплачивается из средств страховой компании. Естественно, если гражданская ответственность была застрахована.

Ответчик являлся законопослушным субъектом хозяйствования, своевременно заключил договор обязательного страхования гражданской ответственности и перечислял установленные взносы страховой компании. Водитель ответчика в момент ДТП имел при себе страховой полис.

По мнению ответчика, у сотрудника ГАИ, указавшего на нарушение ПДД в форме оставления водителем места происшествия, не было для этого достаточных оснований, поскольку эти выводы не подтверждались материалами дела об административном правонарушении. В протоколе о совершении этого правонарушения было сказано, что водитель, не почувствовав столкновения, продолжил движение в направлении Минска, проехав около 500 метров, остановился и пешком вернулся к месту ДТП. В материалах дела имелись и пояснения водителя: «Осуществляя левый поворот в сторону Минска, я не заметил автомашину, движущуюся по главной дороге в направлении г. Минска, не почувствовал удара в правую сторону моего автомобиля, продолжил движение. Проехав 400–500 метров, увидел, что движущиеся сзади автомобили моргают светом фар. Принял вправо и остановился. Мне сказали, что я совершил столкновение, после чего я прибежална место ДТП».

Потерпевший не оспаривал показаний водителя ответчика в момент составления протокола в присутствии сотрудника ГАИ. Но на следующий день в объяснении об обстоятельствах ДТП, поданном в страховую компанию, он указал, что водитель грузового автомобиля скрылся с места аварии. Эта же информация прозвучала из его уст во время звонка в ГАИ с мобильного телефона сразу же после ДТП.

Однако водитель ответчика присутствовал на месте ДТП, собственноручно написал показания, подписал протокол, заверил своей подписью схему ДТП, наконец, признал свою вину. В дополнительном заявлении, сделанном на имя судьи, он еще раз пояснил, что при выезде трейлера «КрАЗ» с полуприцепом, рассчитанным для перевозки дорожно-строительной техники, со второстепенной дороги на главную (с грунтовой на асфальтную) полуприцеп, имеющий очень низкую посадку, зацепился за кромку асфальта. В результате этого автомобиль дернулся и на некоторое время остановился. Машина двигалась с включенным проблесковым маячком, но потерпевший, возможно, подумал, что ему уступают дорогу. Водитель «Фиата» имел основания так думать, поскольку находился на главной дороге, а проблесковый маячок оранжевого цвета не дает преимуществ в движении автомобилю, оборудованному таким маячком. Поэтому потерпевший начал объезжать трейлер по обочине. Совершая маневр, водитель «КрАЗа» не почувствовал удара, так как автомобиль «Фиат» зацепился о правое переднее колесо седельного тягача. Скрежета металла о металл слышно не было. Кроме этого, водитель ответчика указал, что легковой автомобиль «Фиат» ниже колеса седельного тягача, а потому находился вне зоны видимости. Водитель «КрАЗа» все это время не видел «Фиат». Он немедленно остановился, когда заметил в зеркале заднего вида, что проезжающие автомобили сигнализируют ему светом фар. Умысла покинуть место ДТП не было. Об этом говорят все его дальнейшие действия.

Представитель ответчика также акцентировал внимание суда на том, что для автомобиля «КрАЗ» при его эксплуатации характерны такие факторы, как производственный шум и производственная вибрация. То есть существуют основания допустить, что шум от работы двигателя заглушил удар при столкновении.

Страховая компания интерпретировала фразу представителя ГАИ «отъехал с места ДТП» как «оставил место ДТП». Именно так и было указано в исковом заявлении. При этом в понятие «оставление места ДТП» вкладывался смысл «скрылся с места ДТП». Однако материалы административного дела говорят об обратном.

В п. 34 ПДД прямо указывается, что в случае обнаружения или создания на дороге препятствия, создающего опасность для движения, участники дорожного движения обязаны принять меры по его устранению. То есть сами ПДД допускают наличие исключительных ситуаций, когда водитель вправе отступить от норм п. 31 ПДД. В названном пункте предусматривается, что водитель, являющийся участником ДТП, обязан немедленно остановиться и не принимать мер по изменению положения транспортного средства, при участии которого совершено ДТП, включить аварийную световую сигнализацию и выставить знак аварийной остановки с соблюдением положений главы 8 ПДД, остаться на месте ДТП.

Как только у водителя «КрАЗа» возникло сомнение, он немедленно остановился и, увидев автомобиль «Фиат» на обочине, подбежал к месту ДТП. По мнению представителя ответчика, данная ситуация была нестандартной, представляла определенную сложность и требовала внимательного изучения. Водитель ответчика продолжал движение не потому, что хотел скрыться с места происшествия, а потому, что не знал о том, что стал участником ДТП.

В настоящее время в законодательстве отсутствует определение или хотя бы толкование (разъяснение), что же следует понимать под термином «оставление места ДТП». По убеждению представителя ответчика, к данной категории дел можно отнести только те, где было в наличии умышленное оставление водителем места происшествия с целью избежать ответственности. Как уже указывалось, в описанном случае это не нашло подтверждения.

Суд учел, что данные справки ГАИ, направленной в страховую компанию, противоречат содержанию протокола об административном правонарушении. Он также принял во внимание наличие официального письма ГАИ, в котором указывалось, что нарушения п. 31 ПДД со стороны водителя «КрАЗа», а именно съезда с места ДТП, не усматривалось. На основании этого в удовлетворении иска было отказано.

Не смогли разобраться, но смогли помириться

Истец предъявил иск в общегражданский суд к ответчику (организации) о возмещении ущерба, причиненного ДТП,  в сумме 1 500 000 руб. Обстоятельства дела были таковы.

8 сентября 2006 г. произошло ДТП, в результате которого грузом, упавшим с движущегося транспортного средства, были причинены технические повреждения принадлежащему истцу легковому автомобилю. ДТП произошло по вине водителя ответчика, который впоследствии был привлечен к административной ответственности.

Истец в обоснование заявленных исковых требований приложил калькуляцию стоимости ремонта автомобиля на сумму 1 227 332 руб., почтовые квитанции об отправлении телеграмм, стоимость составления калькуляции и т.д.

Ответчик с иском согласился только частично, поскольку, как указано в ч. 3 ст. 241 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь, ни одно из доказательств не имеет для суда заранее установленной силы. Суд обязан оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании в судебном заседании всех входящих в предмет доказывания фактов, руководствуясь при этом только законом. Каждое доказательство оценивается с точки зрения относительности, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности еще и с точки зрения достаточности для разрешения дела.

Эксперт при расчете стоимости ремонта исходил из Правил определения размера вреда, причиненного транспортному средству в результате дорожно-транспортного происшествия, для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных приказом Белорусского бюро по транспортному страхованию от 14.09.2004 № 30-од (далее — Правила). В то же время в исковом заявлении истец указал, что страховая компания отказала ему в выплате возмещения по причине того, что причинение вреда было вызвано обстоятельствами, которые действующим законодательством не признаются страховым случаем. Учитывая изложенное, представителем ответчика был поставлен вопрос о правомерности оценки вреда, причиненного транспортному средству, на основании норм, которые не регулируют данные правоотношения.

Представитель ответчика обратил внимание суда на то, что наряду с методикой расчета ущерба, принятой для целей обязательного страхования, в судебной практике широко используется и определение вреда по фактическим затратам. Однако поскольку истец использовал в качестве основного и единственного доказательства расчет стоимости ремонта в соответствии с Правилами, ответчик акцентировал внимание суда на следующем.

Согласно Правилам оценщик не только утверждает заключение остоимости ремонтатранспортного средства, но и определяет вред, причиненный транспортному средству. Разница между этими понятиями заключается в том, что стоимость  ремонта (восстановления) транспортного средства представляет собой стоимость устранения его повреждений. В нее включаются не только трудовые и материальные затраты, но и накладные расходы, налоги и другие обязательные платежи, а также прибыль организации, производящей ремонт.Выплата стоимости ремонта осуществляется только в том случае, если потерпевший произвел ремонт автомобиля в организации, которая прямо была указана страховщиком.

В Положении о страховой деятельности в Республике Беларусь, утвержденном Указом Президента Республики Беларусь от 25.08.2006 № 530, сказано, что при повреждении транспортного средства страховое возмещение  выплачивается на основании расчета стоимости его ремонта без учета налогов. При представлении потерпевшим документов, подтверждающих факт ремонта в организации или у индивидуального предпринимателя, имеющих соответствующее разрешение,  страховщик (бюро) обязан доплатить  страховое возмещение в пределах лимита.

В материалах дела отсутствовали оригиналы платежных квитанций, товарные накладные на материалы и услуги, акты выполненных работ и другие документы с выделенными в них суммами НДС. Также отсутствовали доказательства того, что истец провел ремонт автомобиля в организации, имеющей соответствующее разрешение (лицензию) на выполнение данного вида работ. На основании этого ответчик считал возможным оплатить только стоимость вреда, причиненного транспортному средству и исчисленного экспертом в сумме 707 993 руб.

В п. 23 Правил указывается, что на основании составленных комиссией документово размере вреда страховщик (бюро) производит выплату страхового возмещения потерпевшему. Но и в этом случае страховое возмещение выплачивается на основании расчета стоимости ремонта транспортного средства без учета НДС. И только при предоставлении потерпевшимдокументов, подтверждающих факт ремонта в организации или у индивидуального предпринимателя,имеющих соответствующее разрешение, страховщик обязан доплатить страховое возмещение в размере исчисленного НДС.

Ответчик признавал размер вреда, указанный в заключении эксперта, в сумме 707 993 руб., а в остальной части иска просил суд отказать за недоказанностью. В результате настойчивых действий представителя ответчика, суд утвердил мировое соглашение между истцом и ответчиком, согласно которому размер исковых требований был уменьшен на 1/3.

Когда все ясно и бесспорно

 Из-за действий водителя автомобиля КАМАЗ, принадлежащего ОАО «Т», произошло ДТП, в результате которого автомобилю ВАЗ были причинены значительные повреждения, в том числе:

- деформированы крышка багажника, задняя панель, левое переднее крыло, капот, бампер;

- разбиты левый передний указатель поворота, правый и левый задние фонари стоп-поворотов.

Согласно справке ГАИ лицом, виновным в совершении ДТП, являлся водитель автомобиля КАМАЗ. В соответствии с калькуляцией стоимость ремонта автомобиля потерпевшего составила:

-         кузовные и окрасочные работы — 235 605 руб.;

-         сборочно-разборочные работы — 64 910 руб.;

-         замена деталей — 225 450 руб.;

-         материалы — 138 715 руб.

Итого стоимость выполненных работ, материалов и запасных частей, которые использовались на ремонт автомобиля потерпевшего, составила 664 680 руб. Всего страховое возмещение было выплачено потерпевшему в сумме 339 785 руб. Таким образом, разница между фактически понесенными затратами и страховым возмещением составила 324 895руб.

Автомобиль находился в хорошем техническом состоянии, его ремонта потерпевший не планировал, однако виновными действиями ответчика был поставлен в необходимость произвести ремонт.

 В соответствии с ч. 1 ст. 937 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК) юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Согласно ст. 948 ГК юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью  для  окружающих  (использование транспортного средства), обязаны  возместить  вред,  причиненный источником повышенной опасности. Обязанность возмещения вреда  возлагается на юридическое лицо, которое владеет источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании. Исходя из ст. 14 ГК лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика разницу между фактически понесенными затратами и страховым возмещением, а также судебные расходы по уплате госпошлины.

Суд исковые требования удовлетворил в полном объеме.

 Ехал, никого не трогал…

 На участке проведения капитального ремонта автодороги Брест — Минск, двигаясь на автомобиле Nissan в ночное время суток, потерпевший наехал на бетонно-асфальтную опору дорожного знака «Объезд препятствия справа». По мнению потерпевшего, опора была без установленного на ней знака. В результате ДТП автомобиль получил значительные повреждения. Потерпевший, основываясь на заключении о размере вреда, причиненного транспортному средству, а также с учетом других расходов, произведенных им, оценил ущерб в 741 360 руб. и направил претензию в адрес организации, проводившей капремонт участка дороги.

Факт ДТП был зарегистрирован в ГАИ, однако проверкой ГАИ нарушений со стороны дорожной организации зафиксировано не было. Знаки были установлены в соответствии со схемой установки технических средств организации дорожного движения. По жалобе потерпевшего повторной проверкой областного ГАИ был выявлен ряд нарушений со стороны должностных лиц дорожной организации, проводившей ремонт. В частности, схема ограждения мест производства работ не была согласована в установленном порядке с ГАИ до начала производства работ. Имели место и другие незначительные отступления от предписаний. Однако на основании собранных материалов по данному ДТП не представлялось возможным определить, мог ли водитель поврежденного автомобиля  обнаружить препятствие на автодороге, а в случае обнаружения принять все меры, вплоть до полной остановки транспортного средства, во избежание наезда на препятствие.

В связи с этим ГАИ предлагало для принятия объективного решения провести автотехническую экспертизу с выездом потерпевшего на место ДТП. Но поскольку повторная проверка проводилась в конце года и погодные условия в данное время года не соответствовали погодным условиям на момент ДТП, провести экспертизу не представлялось возможным. В связи с этим было предложено подождать благоприятных условий. К моменту их наступления дорожная организация давно выполнила подрядные работы и покинула участок работ.

Впоследствии начальник районного ГАИ получил дисциплинарное взыскание за некачественно проведенную проверку заявления потерпевшего, а на производителя работ дорожной организации был составлен протокол об административном правонарушении. Однако конфликт между потерпевшим и ГАИ не позволил собрать однозначные доказательства с целью взыскания ущерба.Поэтомус иском в суд потерпевший не стал обращаться.



[1] В настоящее время этот документ утратил силу, но он действовал в момент ДТП и разбирательства по делу. — Примеч. ред.