Медиация при ликвидации по делу о банкротстве

Автор: Виктор КАМЕНКОВ, заведующий кафедрой финансового права и правового регулирования хозяйственной деятельности БГУ, медиатор, доктор юридических наук, профессор, журнал "Юридический мир", № 2/2019 - .

В предлагаемой статье сравним правовые нормы действующих Закона Республики Беларусь от 13.07.2012 № 415-З «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве), Закона Республики Беларусь от 12.07.2013 № 58-З «О медиации» (далее — Закон о медиации) и очередного проекта нового закона о банкротстве в отношении возможного использования потенциала медиативных технологий на такой стадии конкурсного производства, как ликвидация должника. Проанализируем возможное их улучшение с учетом реалий жизни, статистики, актуальной судебной практики.

 

Процедура банкротства и медиация

Наверное, не только самим медиаторам и сторонникам медиации, но в первую очередь должникам с предстоящими сложными процедурами в деле о банкротстве, которые им предстоит перенести, можно сообщить приятную новость: в проекте нового закона о банкротстве имеются правовые нормы о медиации. Насколько их достаточно — другой вопрос.

В ст. 25 проекта нового закона о банкротстве определяется содержание заявления должника о своей несостоятельности, которое он должен подать в экономический суд. Среди обязательных требований, подлежащих указанию в нем, имеются и сведения о предпринятых досудебных способах оздоровления финансового состояния, а также способах урегулирования отношений с кредиторами (в том числе медиации). Такие же сведения должник обязан будет указать и в отзыве на заявление кредитора о банкротстве должника (ст. 36).

Для большей отрады оснований пока нет, хотя в отношении медиации при банкротстве были и более радикальные предложения. Имеются, на наш взгляд, и серьезные основания говорить о медиации при ликвидации должника.

Действующий Закон о банкротстве определяет, что банкротство — это неплатежеспособность, имеющая или приобретающая устойчивый характер, признанная решением хозяйственного суда о банкротстве с ликвидацией должника — юридического лица, прекращением деятельности должника — ИП (далее — решение об открытии ликвидационного производства). А ликвидационное производство — это процедура конкурсного производства, применяемая к должнику, признанному банкротом, в целях ликвидации должника — юридического лица или прекращения деятельности должника — ИП, продажи имущества должника и удовлетворения требований кредиторов в соответствии с установленной очередностью (ст. 1).

В реальной судебной практике ликвидация — это, к сожалению, один из наиболее частых, хотя и не желаемых итоговых результатов судебных разбирательств по делам о банкротстве. Так, по данным Единого государственного реестра сведений о банкротстве, в 2018 году с ликвидацией должника в Беларуси окончено 1 773 дела из 2 561 завершенного дела, то есть 69,2%. На санацию осталось только 132 дела, или 5,2%.

Медиация же — это переговоры сторон с участием медиатора в целях урегулирования спора (споров) сторон путем выработки ими взаимоприемлемого соглашения (ст. 1).

В деле о банкротстве с перспективой ликвидации должника ожидать от медиации чуда восстановления его платежеспособности не следует. Но она реально может помочь цивилизованно «развестись», то есть помочь максимально справедливо и не нарушая требований закона завершить все связанные с ликвидацией процессы, в том числе распределение оставшихся активов с целью удовлетворения требований кредиторов.

Парадоксально, но формальным поводом для применения медиативных технологий в ликвидационном производстве, как показывает статистика, может быть сам факт отсутствия у должника имущества на самой ранней стадии. То есть начиная с момента возбуждения дела о банкротстве в суде. А таких дел в настоящее время большинство. По 1 787 делам из всех рассмотренных экономическими судами в 2018 году дел о банкротстве (69,8%) должники не имели имущества. Возникает резонный вопрос: зачем же по таким делам думать о санации, если не хватает средств даже на ликвидацию?

Таким образом, можно еще и сокращать сроки нахождения этих дел в экономических судах. При этом следует понимать, что в отдельных случаях медиативная компетенция может применяться по делу о банкротстве и в буквальном смысле для урегулирования различных споров и конфликтов, а также для квалифицированного проведения переговоров. Этим в том числе объясняется повышенная степень актуальности настоящей статьи.

Для того чтобы ликвидация по делу «удалась», к ней необходимо готовиться заблаговременно, и не только экономическому суду, управляющему и должнику. К ней должны быть готовы все участники банкротного процесса. Поэтому рассмотрим поэтапно возможность применения медиативных технологий применительно к ликвидации.

 

Досудебная стадия

Начать можно как раз с государственного органа управления по делам о несостоятельности и банкротстве.

Этот орган в одном из вариантов проекта нового закона о банкротстве (ст. 13) предполагается наделить такой функцией, как разработка и утверждение примерных форм плана санации и плана ликвидации должника — юридического лица или прекращения деятельности должника — ИП. Одной из таких форм плана ликвидации и может стать ликвидация с применением медиации. Конечно, для успешного выполнения этой функции работники данного государственного органа должны стать квалифицированными медиаторами. Медиативная подготовка будет им полезна не только при организации ликвидационных процедур, но и при санации. Тем более что в проекте нового закона о банкротстве (ст. 13) указано, что данный госорган будет проводить не только государственную политику по предупреждению экономической несостоятельности, но и всю государственную политику в сфере несостоятельности и банкротства.

Почти аналогичные слова можно сказать и о комиссиях по предупреждению экономической несостоятельности и банкротства, которые создаются при государственных органах (ст. 16). К сожалению, существует очень мало опубликованных и иных публичных материалов об эффективности деятельности подобных комиссий. Поэтому внедрение медиативных технологий в работу комиссий по предупреждению несостоятельности и банкротства может реально оживить их деятельность, сделать ее более результативной и подходящей для публичного озвучивания.

Но здесь можно обойтись и иным механизмом: обязательно включать в состав комиссий лиц, прошедших медиативную подготовку. Проект нового закона о банкротстве содержит только отсылочную норму об этих комиссиях (ст. 15). Поэтому такое предложение может быть реализовано на уровне постановления Правительства.

Не будет лишним помнить о медиации еще при анализе финансового состояния и платежеспособности должника в процедуре конкурсного производства, который проводится в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, а также подготовки плана санации должника или плана ликвидации должника. Эксперт или специалист, делающий такой анализ, может высказать свое мнение о вариантах удовлетворения требований кредиторов в случае ликвидации должника.

К сожалению, в судебной практике встречаются решения, в которых правовая норма об анализе финансового состояния и платежеспособности должника только цитируется, а содержание такого анализа-заключения не раскрывается, не указывается лицо, делавшее этот анализ, его основные цифры и выводы, не всегда дается его правовая оценка. Так, в одном из изученных решений было указано следующее: «…в результате анализа финансового состояния ИЧУСП «Ш» управляющим сделаны выводы о том, что предприятие является неплатежеспособным, неплатежеспособность имеет устойчивый характер и свидетельствует о невозможности исполнения должником своих обязательств перед кредиторами».

И в целом эта общая фраза-предложение «…в результате анализа финансового состояния должника управляющим сделаны выводы о том, что предприятие является неплатежеспособным, неплатежеспособность имеет устойчивый характер и свидетельствует о невозможности исполнения должником своих обязательств перед кредиторами» используется не только в одном деле. К сожалению, вышестоящие судебные инстанции не всегда обращают внимание на столь малозначащие в доказательственном смысле штампы-выражения в судебных решениях.

Сделать попытку применить медиацию можно и на собрании кредиторов, когда обсуждаются варианты принятия решения об утверждении плана санации должника и заявлении ходатайства о введении санации или плана ликвидации должника. Тем более что, как показывает судебная практика, эта правовая норма чаще используется чисто формально, когда в решении суда только констатируется наличие в законе такой нормы. А вот анализ принимаемых решений собрания кредиторов и их правовая оценка делаются не всегда.

В этом случае, на наш взгляд, на таком собрании кредиторов должно выступить с объективной информацией о возможностях медиации на данном этапе лицо, подготовленное в смысле медиации и с учетом особенностей ее использования в деле о банкротстве. Таким лицом может быть управляющий по делу о банкротстве, прошедший специализированную медиативную подготовку, или иное независимое лицо. При таком варианте обсуждения вопроса кредиторы на собрании смогли бы принять осознанное решение, понимая его последствия.

И в проекте нового закона о банкротстве (ст. 67) было бы более правильно записать, что собрание кредиторов принимает не просто решение о согласовании плана ликвидации должника, а решение о согласовании условий ликвидации должника, имея в виду разные варианты такой ликвидации. В том числе и условия возможного медиативного соглашения кредиторов, управляющего и должника о ликвидации последнего. Конечно, это касается и условий прекращения деятельности должника — ИП.

Также следует конкретизировать права и обязанности управляющего в отношении ликвидации должника. Он обязан не просто проводить некую абстрактную процедуру ликвидационного производства и не только разрабатывать план ликвидации должника либо предложения по доработке предварительного плана ликвидации должника — он должен готовить различные варианты ликвидации должника с той целью, чтобы у кредиторов и экономического суда была альтернатива при принятии решения о ликвидации, в том числе с медиативной версией.

Судя по опубликованной судебной практике, обязанность управляющего по проведению процедуры ликвидации, составлению плана ликвидации должника не часто становится предметом судебного разбирательства. Поэтому предлагаемые изменения могут дать позитивный стимул для более активной позиции управляющих.

Кстати, действующий Закон о банкротстве (ст. 16) тоже говорит не об одном варианте ликвидации, в нем говорится о вариантах ликвидации должника во множественном числе. Поэтому стоит возвратиться к идее множественности ликвидационных вариантов и в иных правовых нормах действующего Закона о банкротстве и проекта нового закона.

Надо понимать, что в настоящее время уже имеется накопленный многолетний опыт работы управляющих, собраний кредиторов и экономических судов по таким вопросам, в отличие от тех времен, когда готовился Закон о банкротстве, и его следует учитывать.

 

Медиативные технологии на стадии судебного процесса

Далее медиация в ликвидации переходит в «руки» экономического суда, рассматривающего дело о банкротстве.

Действующий Закон о банкротстве (ст. 50) определил, что решение об открытии ликвидационного производства принимается экономическим судом при отсутствии оснований для проведения санации и подлежит немедленному исполнению. Не всегда даже высокопрофессиональному и подготовленному судье просто вынести такое решение, которое может затрагивать права и законные интересы целого трудового коллектива, членов их семей, а то и населенного пункта, отрасли и т.д., или бывает недостаточно доказательств. Поэтому, когда у судьи имеются подготовленные специалистами различные версии ликвидации конкретного должника, появляется больше объективных предпосылок для вынесения законного и обоснованного решения о банкротстве с ликвидацией.

Медиативные технологии и навыки будут хорошим подспорьем для управляющего по делу о банкротстве, а также для судьи экономического суда, рассматривающего конкретное дело, на следующих этапах развития ликвидационного произ- водства:

  • при определении очередности удовлетворения требований кредиторов и урегулирования возникающих при этом разногласий (ст. 141–146);
  • при расчетах с кредиторами и рассмотрении появляющихся при этом конфликтов (ст. 147);
  • при разборе расхождений по отчету управляющего по итогам ликвидационного производства (ст. 148, 149);
  • при анализе конфликтов по передаче оставшегося после погашения требований кредиторов и (или) нереализованного имущества должника и его списании (ст. 150).

О том, что такие разногласия и конфликты имеют место в жизни, свидетельствуют соответствующие публикации и судебная практика.

В частности, по одному делу рассматривалась апелляционная жалоба конкурсного кредитора на определение экономического суда Минской области о действии управляющего по делу об экономической несостоя- тельности (банкротстве) должника по невключению требований в реестр требований кредиторов в пятую очередь и к внеочередным требованиям. По другому схожему делу требования кредитора судом были признаны частично обоснованными, принято решение обязать управляющего по делу об экономической несостоятельности включить требования кредитора в реестр требований кредиторов в соответствующий раздел пятой очереди.

Еще больше возможностей для медиации открывается, например, при продаже предприятия и иного имущества градообразующей или приравненной к ней организации в процедуре ликвидационного производства (ст. 165) с учетом необходимости соблюдения обязательных и факультативных условий конкурса. Напомним, что обязательными условиями конкурса являются:

  • сохранение рабочих мест для не менее 70% работников, занятых на предприятии на дату его продажи;
  • переобучение за счет покупателя или трудоустройство не менее 70% работников, занятых на предприятии на дату его продажи, в случае изменения основного вида хозяйственной (экономической) деятельности предприятия. Для их выполнения может потребоваться помощь квалифицированного переговорщика, которым является медиатор.

Специфические особенности, характерные для ликвидации сельскохозяйственных организаций, банков, страховых организаций, профессиональных участников рынка ценных бумаг, прекращения деятельности ИП, также зачастую предполагают переговоры с участием профессионально подготовленных специалистов, то есть медиаторов.

Еще одним, не совсем формальным, основанием для использования медиации при ликвидационном производстве по делу о банкротстве можно назвать те редчайшие случаи, когда судебное решение о банкротстве с ликвидацией обжалуется в апелляционном порядке.

Нет, автор статьи далек от мысли о посягательстве на исключительную компетенцию органов правосудия, в данном случае экономических судов, при оценке доказательств по делам о банкротстве во всех процессуальных стадиях. Но, когда обжалуется решение о банкротстве с ликвидацией сельскохозяйственной организации и предлагается противоположное решение о ее санации с оспариванием суммы долга, у апелляционной инстанции, по нашему мнению, были неформальные основания привлечь медиатора для проведения переговоров между собственником должника и кредиторами. Мы специально не делаем каких-либо оценок самих судебных актов по этому конкретному делу и приведенных в них доказательств-аргументов

 

Некоторые выводы

В качестве выводов отметим следующее:

  • совершенствовать отечественное законодательство об экономической несостоятельности (банкротстве), в том числе в отношении ликвидационного производства, необходимо на постоянной основе и с учетом не только внешних факторов (мнения международных кредиторов, иных структур), но и сложившейся в нашей стране практики его применения. Тем более что для этой сферы правового регулирования характерным принципом является ее национальная принадлежность;
  • проект нового закона о банкротстве, вместе с его специфическими особенностями, требующими специальных и системных знаний в праве, заслуживал и заслуживает более широкого общественного обсуждения;
  • медиативные технологии вполне реально могут положительно повлиять на давно ожидаемые позитивные результаты от самого комплексного экономико-правового института «банкротство» с целью ликвидации должника.