Вы звери, господа!..

Автор: Глеб ГОНЧАРОВ, юридический консультант ОО «Белорусское общество инвалидов».

Есть человеческие истории, о которых невыносимо больно узнавать, тем более если ничем не можешь помочь… Вот и на этот раз на мой рабочий стол легло письмо, перед которым я первоначально только бессильно развел руками.

Обратилась к нам жительница деревни Паршино Горецкого района Могилевской области Галина Корнева:

 «Я инвалид I группы, колясочник. У меня семья ─ муж и дочь восьми лет. Проживаем в сельской местности уже четыре года, в двухэтажном кирпичном доме. Наша квартира находится на втором этаже. Дом старый ─ 1965 года постройки. В доме нет балконов. Из-за этого я практически без воздуха. Выехать из квартиры на улицу я самостоятельно не могу, так как нет лифта. Много раз писала, обращалась с просьбой поменять жилье, которое бы находилось на первом этаже. Везде отказывают, отвечают, что квартира благоустроена, все условия для проживания имеются. Мол, в селе социального жилья нет, в городе дать не можем и в очередь на социальное жилье не поставим, так как вы не городской житель, да и к тому же у вас есть жилье и вы не нуждаетесь в обмене. В вашей ситуации мы людей на очередь не ставим, потому что в законе не указано, что колясочники должны жить на первом этаже.

 В нашем доме проживают два инвалида-колясочника, но для нас даже пандусы отказались делать, потому что узкий лестничный проем. А ведь четыре года назад мы жили в Горках, в съемном жилье. Потом мужу дали домик от работы. Я стояла в очереди на социальное жилье, когда в доме стало кругом течь и опала крыша. Я обратилась за помощью на ремонт жилья. В помощи мне отказали, но предложили государственную квартиру в деревне. Мы согласились, потому что в тот момент я еще немного ходила с палочкой, а теперь уже три года в коляске. Как быть инвалиду-колясочнику, который живет в доме, где нет лифта, балконов? Как ему спускаться? Подскажите, куда можно обратиться».

 К этому письму была приложена копия ответа из местного исполкома, из которой следует, что квартира, занимаемая нашей читательницей, является благоустроенной и соответствует всем санитарным нормам. Но кто бы в этом сомневался?! В ответе исполкома меня изначально больше всего задела следующая фраза: «Предоставление жилого помещения на нижних этажах инвалидам и престарелым по их просьбе согласно Жилищному кодексу Республики Беларусь учитывается при распределении имеющихся в наличии жилых помещений». Что ж, как говорил вождь мирового пролетариата Ульянов-Ленин, «по форме ─ правильно, а по существу ─ издевательство».

Вроде бы и квартиру Корневой предоставили благоустроенную, и, действительно, в ст. 55 Жилищного кодекса Республики Беларусь (далее ─ ЖК) сказано, что при предоставлении жилых помещений престарелым гражданам и инвалидам по их просьбе предоставляются жилые помещения на нижних этажах или в домах, имеющих лифты (только при предоставлении!), и, получив новую квартиру, семья Корневых закономерно была снята с учета нуждающихся в жилье. Все верно, но…

 

И квартира, и машина, и пляж...

Прежде чем искать дыры в позиции органов государственной власти, позвольте рассказать историю, которая приключилась с моей троюродной сестрой. Лет пятнадцать-двадцать назад она, будучи уже абсолютно больным человеком, инвалидом-колясочником, страдая диабетом первого типа, рассеянным склерозом и еще целой телегой заболеваний, эмигрировала с семьей в Израиль. Иммиграционные службы поселили их на четвертом этаже дома, расположенного в нескольких метрах от Средиземного моря. В семье была старенькая малолитражная «Тойота». Больная так же, как и Корнева, не могла выходить на улицу. Правда, балкон в квартире был, но важно не это.

Когда семья обустроилась на новом месте, к ним с визитом явились сотрудники социального ведомства и, посмотрев на условия жизни инвалида, пришли в ужас! «Как? ─ воскликнули они. ─ Инвалид-колясочник живет на четвертом этаже? У него нет возможности каждый день выбираться на пляж? Это же преступление!»

Социальных работников ни на шекель не волновало, что больная ни дня не проработала на благо Израиля, что она не являлась гражданкой Израиля (да вообще ─  еврейкой!), что на тот момент у нее еще даже не был оформлен вид на жительство.

По требованию социальных служб государство немедленно нашло новую квартиру, более подходящую для жизни инвалида. Следующим на повестку дня стал вопрос о регулярном выезде на море. Когда все уперлось в то, что маленькая «Тойота» не приспособлена для перевозки колясочника, государство нашло следующий выход: семью обязали продать машину. При этом цена продажи никем не оговаривалась. Главным было  получить за автомобиль хоть какие-то деньги. Затем выяснили, сколько стоит на рынке новая легковая автомашина, габариты которой позволяли бы перевозить инвалида с коляской, и на недостающую сумму Государство Израиль выдало семье безвозвратную ссуду на покупку нового автомобиля.

Государство поставило лишь одно-единственное условие ─ регулярно возить больную к морю. Не помню уже, каков был график вывоза  ─ ежедневно или раз в неделю, да это и неважно! Если бы семья позволила себе нарушить график хоть единожды, ссуду пришлось бы возвращать. Следят социальные работники за этим строго. И это не какой-то из ряда вон выходящий случай; так Израиль ведет себя по отношению ко всем, кто оказался под его юрисдикцией.

Вот это я понимаю  ─ социальная защита!

 

Закон на вашей стороне…

 А теперь вернемся к проблемам семьи Корневых. В ЖК действительно ничего не сказано о том, что государство обязано шевелиться, если человек стал инвалидом, и вместо барсучьей норы предоставлять ему бурундучье дупло. Но дело в том, что помимо ЖК в Беларуси существует более 120 тысяч действующих нормативных правовых актов, некоторые из них имеют силу не меньшую, чем ЖК. Покопаться в них, что ли? Да в общем-то и копаться особенно не надо.

 Статья 33 Закона Республики Беларусь «О социальной защите инвалидов в Республике Беларусь» говорит о том, что жилые помещения, занимаемые инвалидами, или семьями, имеющими в своем составе инвалида, должны быть оборудованы специальными средствами и приспособлениями в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалидов. Оборудование указанных жилых помещений осуществляется местными исполнительными и распорядительными органами, другими юридическими лицами, в ведении которых находится жилищный фонд, с участием общественных объединений инвалидов. Финансирование указанных мероприятий осуществляется за счет средств местного бюджета. На эти цели также могут направляться средства общественных благотворительных организаций.

Как видим, в законодательстве все-таки оговорено, что дома, в которых живут инвалиды, могут и должны быть переоборудованы. Поэтому если балансодержатель дома не собирается принимать во внимание нужды инвалида, то через суд его можно и насильно заставить сделать это. В принципе, в таком ключе я и планировал отвечать семье Корневых, предложив им следующий алгоритм действий:

 а) сначала попробуйте договориться о добровольном обмене квартирами с кем-нибудь из односельчан; возможно, это было бы самым быстрым и безболезненным решением проблемы;

 б) вникните в содержание индивидуальной программы реабилитации; если в ней сказано о том, что Вам необходимо регулярно бывать на свежем воздухе, быстро обращайтесь в суд с иском к районному исполнительному комитету о понуждении к предоставлению соответствующего жилья;

в) если программы реабилитации нет или в ней ничего не сказано о специальных средствах и приспособлениях, сначала обратитесь с соответствующим требованием в МРЭК, а затем, в случае отказа удовлетворить Ваше требование, в суд к МРЭК;

 г) проиграв суд с МРЭК, можно остановиться; больше Вам ничего не положено;

д) если суд с МРЭК выигран, возвращаемся к пункту «б» алгоритма.

Однако прежде чем закончить статью, я пересмотрел приложенный к письму Корневой ответ Горецкого райисполкома и буквально поперхнулся, заметив фразу, которая при первом прочтении ускользнула от моего внимания: «Рассмотрев Ваше обращение в райисполком по вопросу обмена квартиры, сообщаем, что в мае 2005 года Республиканским унитарным предприятием «Учхоз БГСХА» Вам выделена благоустроенная…»  (далее следуют определения типа шикарная, роскошная, сногсшибательная…).

Но ведь это в нашем богоспасаемом отечестве кардинально меняет ситуацию. Если квартира предоставлена унитарным предприятием, на котором работает Ваш муж, то она относится к категории служебного жилья, и районный исполком здесь совершенно не при чем. Выселившись из Горок в деревню, в служебное жилье, которое не принадлежит государству, Вы выбыли из юрисдикции Горецкого райисполкома и попали под юрисдикцию местного сельсовета, на территории которого расположено предприятие. Поэтому Ваши попытки добиться справедливости должны быть обращены только к РУП «Учхоз БГСХА» и к местному сельсовету.

Казалось бы, в чем дело? Действуй по вышеописанному алгоритму, только ответчиком теперь будет выступать предприятие. Однако не все так просто.

 

…но есть и другой закон

В соответствии со ст. 96 ЖК работники, прекратившие трудовые отношения с предприятием, учреждением, организацией, подлежат выселению из этого жилого помещения со всеми проживающими с ними гражданами без предоставления другого жилого помещения, кроме случаев, предусмотренных ЖК. И хотя в ст. 96 ЖК далее сказано, что из служебного жилого помещения не могут быть выселены без предоставления другого жилого помещения инвалиды I и II группы, советую не обольщаться.

Дело в том, что в ч. 2 ст. 3 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее ─ ГК) содержится следующая норма: в случае расхождения декрета или указа Президента Республики Беларусь с ГК или другим законом ГК или другой закон имеют верховенство лишь тогда, когда полномочия на издание декрета или указа были предоставлены законом. А в п. 77 Положения о порядке учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, предоставления жилых помещений государственного жилищного фонда, утвержденного Указом Президента Республики Беларусь от 29.11.2005 № 565 (далее  Указ ─ № 565), сказано, что работники, прекратившие трудовые (служебные) отношения с государственным органом или другой государственной организацией, в хозяйственном ведении либо оперативном управлении которых находятся служебные жилые помещения государственного жилищного фонда, подлежат выселению из служебного жилого помещения со всеми проживающими с ними гражданами. Закона о предоставлении полномочий на издание Указа № 565 не существует в природе. Поэтому, если Корнев будет уволен из РУП «Учхоз БГСХА» раньше, чем через 10 лет работы, Вашей семье останется только одно: бери шинель  ─ пошли в шалаш.

Все это я веду к тому, что Ваш муж, судя по всему, на сегодняшний день работает на предприятии по контракту (срочному трудовому договору). Других в наше время просто не существует. В соответствии со ст. 17 Трудового кодекса Республики Беларусь (далее ─ ТК) трудовые договоры могут заключаться на определенный срок не более 5 лет. И представьте себе, что Вы начали судиться с работодателем своего мужа. Можно дать практически полную гарантию, что предприятие обяжут дать Вам новое служебное жилье либо установить в подъезде пандусы. Но когда срок контракта Вашего мужа подойдет к концу, не подумает ли дирекция: «А зачем в нашем сплоченном дружном коллективе нужен такой склочный жук-короед?»

 Думаю, дальше все понятно.

Поэтому, чтобы не ставить Вас под удар возможного выселения, я просто по-человечески могу посоветовать подождать месяцев шесть-девять. В парламент поступили изменения в ТК. Согласно этим изменениям общая контрактная система отменяется. Контракты будут заключаться только один раз ─ при приеме человека на работу. Предполагаемый максимальный срок контракта не будет превышать 3 лет. После его истечения работник автоматически будет переводиться на бессрочный трудовой договор, расторгнуть который во много раз сложнее. Фактически мы возвращаемся к той системе, которая сложилась в советские годы.

 Вот тогда-то и начинайте жестко, в судебном порядке требовать соблюдения своих прав, а пока, если ни с соседями, ни с предприятием об обмене договориться не получается, перетерпите. Подумайте, может, пока стоит самостоятельно сделать съемные пандусы-сходни из досок, которые можно было бы быстро ставить на лестницу, когда Вы на коляске едете вниз-вверх, и также быстро убирать?

…Есть человеческие истории, о которых невыносимо больно узнавать, тем более если ничем не можешь помочь. Вспоминаю финальную сцену из знаменитого фильма «Раба любви», когда главная героиня в исполнении Елены Соловей уезжает вдаль на трамвае от скачущей следом ощетинившейся шашками озверелой казачни и, глядя на них, растерянно шепчет: «Господа, вы звери, господа…»